Постановление Европейского суда по правам человека от 21.06.2006 Дело Морис (maurice) против Франции [рус., англ.]

Город принятия

[неофициальный перевод]*
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
БОЛЬШАЯ ПАЛАТА
ДЕЛО "МОРИС (MAURICE) ПРОТИВ ФРАНЦИИ"
(Жалоба N 11810/03)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(справедливая компенсация и исключение из списка
рассматриваемых дел)
(Страсбург, 21 июня 2006 года)
____________________________
*Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.

По делу "Морис против Франции" Европейский суд по правам человека, заседая Большой палатой в составе:

Л. Вильдхабера, Председателя Палаты,

Х.Л. Розакиса,

Ж.-П. Коста,

сэра Николаса Братца,

Дж. Бонелло,

Л. Кафлиша,

Л. Лукаидеса,

К. Бырсана,

П. Лоренсена,

К. Юнгвирта,

В. Буткевича,

А.Б. Бака,

М. Угрехелидзе,

В. Загребельского,

Х. Гаджиева,

Р. Йегер,

Д. Йочиене, судей,

а также при участии Т.Л. Эрли, Секретаря Секции Суда,

заседая 7 июня 2006 г. за закрытыми дверями,

вынес следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 11810/03), поданной в Европейский суд 28 февраля 2003 г. против Французской Республики двумя гражданами этой страны: Дидье Морисом (Didier Maurice) и Сильвией Морис (Sylvia Maurice) (далее - заявители) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Заявители лично реализовывали свое собственное право на подачу жалобы и выступали в качестве законных представителей их несовершеннолетних детей.

2. Интересы заявителей в Европейском суде представляло товарищество трех адвокатов, работающих при Государственном Совете Франции и Кассационном суде Франции: Арно Лион-Кан (Arnaud Lyon-Caen), Франсуаза Фабьяни ({Francoise}*Fabiani) и Фредерик Тириес ({Frederic} Thiriez). Власти Франции были представлены своим Уполномоченным при Европейском суде по правам человека, Эдвиж Бельяр (Edwige Belliard), директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции.

____________________________
*Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

3. После того как Палата, на рассмотрение которой была передана жалоба, уступила свою юрисдикцию в пользу Большой палаты, Европейский суд 6 октября 2005 г. вынес Постановление (далее - Постановление по существу). В данном Постановлении Европейский суд постановил, что статья 1 Закона от 4 марта 2002 г. № 2002-303 о правах пациентов и качестве медицинского обслуживания нарушала право пациентов на беспрепятственное пользование имуществом. Европейский суд отметил, что после рождения ребенка с инвалидностью, которая не была обнаружена во время пренатального диагноза, заявители подали иск о возмещении вреда в суды Франции. Принимая во внимание соответствующие нормы французского законодательства, регулирующие наступление ответственности, и учитывая в частности сложившуюся судебную практику административных судов, заявители могли на законных основаниях рассчитывать на получение компенсации вреда, который был им причинен, в том числе "специальные расходы", понесенные в связи с инвалидностью ребенка. Но указанный выше Закон от 4 марта 2002 г. был применен к длившемуся судебному разбирательству, вследствие чего из полагавшейся заявителям суммы компенсации были исключены "специальные расходы". Европейский суд счел, что оспариваемый Закон лишил заявителей без достаточной компенсации права требовать компенсацию значительной части причиненного вреда, заставив их лично нести чрезмерное бремя. Следовательно, заявители стали жертвами нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Морис против Франции" от 6 октября 2005 г., жалоба № 11810/03, § 63 - 70 и 78 - 94).

Учитывая данный вывод о нарушении Конвенции, Европейский суд не счел нужным рассматривать жалобу заявителей на нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Кроме того, принимая во внимание особые обстоятельства дела и мотивы, по которым было установлено нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, Европейский суд признал, что отсутствовала необходимость рассматривать отдельно часть жалобы на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

Европейский суд не установил нарушения статьи 13 Конвенции и статьи 8 Конвенции, даже если предположить, что статья 8 Конвенции применима к настоящему делу.

Что касается жалобы на нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 8 Конвенции, Европейский суд отметил, что она находилась вне объема дела, переданного на рассмотрение в Большую палату (см. вышеуказанное дело Морис, § 100, 104, 106 - 108 и 114 - 126).

Наконец, Европейский суд присудил заявителям сумму в размере 21400 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в предшествующий период рассмотрения их дела в Европейском суде и судах Франции.

4. Ссылаясь на статью 41 Конвенции, заявители утверждали, что им был причинен материальный ущерб в размере сумм, которые они бы получили, если бы сохранилось положение, существовавшее до принятия Закона от 4 марта 2002 г. Предоставив соответствующие подтверждающие документы, заявители потребовали в целом 6211154,63 евро. Они не потребовали компенсации морального вреда.

5. Что касается суммы, подлежащей выплате заявителям в возмещение материального ущерба или морального вреда, вытекающего из установленного нарушения, Европейский суд в своем Постановлении по существу признал, что вопрос о применении статьи 41 Конвенции пока не готов для разрешения, и, следовательно, его рассмотрение должно было быть отложено. Европейский суд призвал власти Франции и заявителей представить свои письменные замечания по делу в течение шести месяцев и уведомить его в случае заключения ими какого-либо соглашения (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Морис против Франции", § 128 - 133 и пункт 7 резолютивной части).

6. Письмом от 6 апреля 2006 г. власти Франции проинформировали Европейский суд о том, что стороны заключили соглашение по вопросу справедливой компенсации.

ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
7. Заявители родились в 1962 и 1965 годах, соответственно, и проживают в г. Булиньи (Bouligny).

8. В 1990 году у заявителей родился их первый ребенок, А., который болел инфантильной спинальной амиотрофией I типа, генетическим заболеванием, вызывающим атрофию мышц.

9. В 1992 году Сильвия Морис снова забеременела. Пренатальная диагностика, проведенная в больнице Университета г. Нанси (Nancy), выявила опасность поражения плода тем же генетическим заболеванием. Заявители решили прервать беременность.

10. В 1997 году Сильвия Морис, беременная в третий раз, снова прошла пренатальную диагностику. Она была осмотрена в общей больнице г. Брие (Briey), которая направила пробы в лабораторию молекулярной диагностики Детской больницы Некера (Necker), принадлежащей организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари" (Assistance publique - {Hopitaux} de Paris (AP-HP)). В июне 1997 года, основываясь на результатах лабораторных исследований, общая больница г. Брие уверила заявителей, что ребенок в чреве матери не болел инфантильной спинальной амиотрофией и был "здоров".

11. С. родилась 25 сентября 1997 г. Менее чем через два года после ее рождения стало очевидно, что она тоже болела инфантильной спинальной амиотрофией. 22 июля 1999 г. начальник лаборатории Детской больницы Некера в г. Париже установил, что ошибочный пренатальный диагноз стал результатом того, что были перепутаны бутылочки с анализами семьи заявителей и другой семьи и, соответственно, результаты анализов.

12. Согласно медицинским заключениям С. тяжело больна и страдает от функциональной недостаточности: она часто падает и не может подняться самостоятельно, ходит неуверенно, устает от малейших усилий. Ей требуется помощь другого человека (в частности по ночам, чтобы переворачивать ее и не дать ей задохнуться, так как она не может переворачиваться самостоятельно). Она не может сидеть и передвигается с помощью электрического скутера. Она вынуждена проходить процедуры несколько раз в неделю и не может посещать школу, так как школа не имеет соответствующего оборудования. Врач девочки выразил мнение, что "она до половой зрелости будет иметь проблемы с моторными и дыхательными функциями, а также возможны ортопедические деформации". Эти обстоятельства привели к нескольким юридическим процедурам.

A. Жалобы, поданные в срочном порядке
13. 13 ноября 2000 г. заявители подали в организацию "Ассистанс Публик - Опито де Пари" жалобу с требованием компенсации морального и материального вреда, причиненного им в результате инвалидности С.

14. Они также направили судье по рассмотрению жалоб в срочном порядке административного суда г. Парижа ходатайство о присуждении предварительной компенсации и назначении экспертизы. Экспертиза была назначена Решением от 4 декабря 2000 г.

15. 26 апреля 2001 г. судья по рассмотрению жалоб в срочном порядке административного суда г. Парижа отклонил прошение о присуждении предварительной компенсации на том основании, что "обязательство организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари" выплатить компенсацию не могло быть признано бесспорным", так как эксперт не вынес заключение.

16. 11 июня 2001 г. эксперт вынес заключение, в котором он установил, что при проведении пренатальной диагностики в лаборатории организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари" была допущена не медицинская небрежность, так как "методы диагностики соответствовали известным научным достижениям", а "небрежность в организации и работе лаборатории, приведшая к тому, что были перепутаны результаты анализов двух семей, полученные в одно и то же время".

17. Заявители подали очередное ходатайство с просьбой взыскать с больницы авансом компенсацию в размере 594551 евро. В вынесенном 19 декабря 2001 г. Решении судья по рассмотрению жалоб в срочном порядке административного суда г. Парижа предписал организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари" выплатить заявителям авансом 152499 евро. Судья отметил, в частности:

"... расследование показало, что в мае 1997 года в общей больнице г. Брие у госпожи Морис были взяты образцы околоплодных вод...; что эти образцы были исследованы организацией "Ассистанс Публик - Опито де Пари"; что, хотя результаты, предоставленные [заявителям], свидетельствовали о том, что ребенок в чреве матери не болел инфантильной спинальной амиотрофией, эти результаты были получены при анализе образцов, взятых у другой семьи в то же время, и не сопровождались какими-либо сомнениями, хотя образцы околоплодных вод были заражены кровью матери; что [заявители] поэтому имеют право утверждать, что организация "Ассистанс Публик - Опито де Пари" была виновна в небрежных действиях и бездействии; что эта небрежность ошибочно привела [заявителей] к уверенности в том, что зарожденный ребенок не страдал инфантильной спинальной амиотрофией и что беременность Сильвии Морис могла протекать нормально; что эти небрежные действия должны считаться непосредственной причиной вреда, причиненного [заявителям] заболеванием их дочери; что, таким образом, существование обязательства, на которое ссылаются [заявители], вряд ли может быть оспорено".

18. Организация "Ассистанс Публик - Опито де Пари" обжаловала это Решение, ссылаясь на то, что, хотя перепутывание анализов действительно представляло собой небрежность в организации и предоставлении больничного обслуживания, единственным результатом этой небрежности явилось то, что заявители лишились информации, способной повлиять на их решение о прерывании беременности. На основании вышеуказанного заключения эксперта организация "Ассистанс Публик - Опито де Пари" утверждала, что, даже если бы образцы не были перепутаны, результаты были бы неточными, учитывая наличие крови матери во взятой пробе. Следовательно, заявители в любом случае не имели бы в своем распоряжении надежной информации.

19. 13 июня 2002 г. административный апелляционный суд г. Парижа изменил Решение судьи по рассмотрению жалоб в срочном порядке, снизив размер предварительной компенсации, присужденной заявителям, со 152449 евро до 15245 евро. В своем Решении суд указал:

"Ответственность:

... после рождения [С.], когда выяснилось, что ребенок болел [инфантильной спинальной амиотрофией], стало очевидно, что родителям была предоставлена неверная информация по той причине, что были перепутаны результаты анализов двух пациентов. Стороны не оспаривали, что результаты были перепутаны работниками [организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари"]... Подобная небрежность, приведшая к тому, что Сильвия Морис не имела причин проходить повторное обследование с целью прерывания беременности по терапевтическим основаниям, должна рассматриваться как прямая причина вреда, причиненного [заявителям]".

Далее суд отметил:

"Присуждение требуемой предварительной компенсации:

... инфантильная спинальная амиотрофия, которой болеет С., не является прямым следствием вышеупомянутой небрежности... Соответственно, в соответствии с положениями... пункта I статьи 1 Закона от 4 марта 2002 г. [организация "Ассистанс Публик - Опито де Пари"] могла быть обязана судом выплатить только компенсацию вреда, причиненного [заявителям], в который не входят "специальные расходы, осуществляемые в течение жизни ребенка" и связанные с его инвалидностью, так как выплаты по инвалидности в соответствии с теми же положениями являются вопросом национальной солидарности. Таким образом, заявление организации ["Ассистанс Публик - Опито де Пари"] о том, что для оценки права [заявителей] на компенсацию к данному спору должны применяться вышеуказанные положения Закона от 4 марта 2002 г., является серьезной защитой в отношении требования [заявителей], сделанного в первой инстанции, в размере, присужденном судом ниже. Если [вышеуказанные законодательные] положения признаны применимыми к основному разбирательству в Парижском административном суде, единственным обязательством [организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари"], которое могло считаться бесспорным, было обязательство предоставить [заявителям] компенсацию морального вреда, которую суд, учитывая обстоятельства дела, установил в размере 15245 евро. Следовательно, размер предварительной компенсации, которую должна заплатить [организации "Ассистанс Публик - Опито де Пари"], следует снизить до данной суммы...".

20. Заявители и организация "Ассистанс Публик - Опито де Пари" подали жалобы по вопросам права. Заявители обжаловали в Государственный Совет только один пункт. Ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции и статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, они утверждали, что применение Закона от 4 марта 2002 г. к рассматривающимся делам противоречило Конвенции.

21. Рассматривая аналогичное дело ("Драон против Франции", жалоба № 1513/03), Государственный Совет 6 декабря 2002