Подходы к изучению явления политической коррупции: сравнительный (компаративистский) подход в сочетании с политической экономией




А. Гайденгаймер и М. Джонстон акцентировали внимание на универсальном характере политической коррупции, сочетая этот подход с компаративистским, кросс-национальным подходами к этому явлению и институционными сетями политической коррупции в некоторых странах. Политическую коррупцию проанализировали на двух уровнях: на уровне государственного администрирования и на уровне политических партий. Особенный интерес у исследователей прослеживается к политическим партиям, когда изменяется их функция делегирования, то есть когда партийные представители назначаются на должности в государственных органах власти, и тогда их решения с политических превращаются в административные. В России защиту по преступлениям в сфере экономики и коррупционной направленности осуществляет адвокат Пазизин Александр

Рядом с культурной почвой политическая коррупция зависит от типа общества и исторического происхождения, то есть она разная в каждой стране. На это влияет огромное количество комбинаций таких глобальных факторов, как бедность, урбанизация, образование, уровень доходов населения и тому подобное; и специфических факторов, таких как уровень коррупции в стране и уровень коррумпированности государственных агентств.

В конце ХХ в. к сравнительному подходу в изучении политической коррупции вернулись так же, как и к системному. В частности, в пределах последнего работали Д. дела Порта и А. Ванучи, П. Бардхан. В исследованиях таких научных работников, как Н. Лефф, Е. Бек и Б. Мундиал, находим пример использования компаративистского подхода в сочетании с политической экономией.

С позиции экономического подхода человек рационально прибегает к коррупционным действиям, если институционная система стимулов и возможностей превращает такие действия в субъективное удовольствие: лицо совершает преступление, если ожидаемые выгоды превышают те, которые оно могло бы получить, тратя время и ресурсы на другую деятельность. Таким образом, некоторые лица становятся преступниками не потому, что их мотивация отличается от мотивации других людей, просто их выгоды и расходы отличаются от выгод и расходов других лиц.

Относительно других видов поведения, что предусматривает отклонение от законов и норм, личные решения относительно участия в коррупционных сделках зависят от достоверности быть наказанным или разоблаченным; от строгости потенциального наказания; от уровня ожидания вознаграждения сравнительно с другими альтернативами.

Политэкономист С. Роуз-Акерман назвала несколько факторов, которые влияют на личные рассуждения относительно участия в политической коррупции. Возможности и стимулы относительно коррупции действительно существуют: институционные силы, которые определяют стоимость политического посредничества, легкость, с которой новые участники или группы могут войти в "систему", и достоверность избирательного поражения; общий уровень государственных вмешательств в экономическую и социальную сферы; уровень свободы действий в деятельности государства; относительная эффективность разных административных и политических форм контроля; формы политической конкуренции; типы рынков, где возникают и развиваются политические сделки.

На личном уровне: чем больше политику нужны деньги ради получения политической силы и чем в большей политической протекции нуждается предприниматель, тем выше будут ожидаемые от коррупции маргинальные ценности; чем менее достоверное разоблачение или обвинение и осуждение в суде, чем ниже является наказание за коррупционную деятельность, тем меньшими будут ожидаемые расходы на привлечение к незаконной деятельности.

В начале ХХI в. системный подход к изучению политической коррупции начали применять рядом с инструментами политической экономии. В частности, над таким виденьем политической коррупции работали Дж. Наи, П. Бардхан, П. Гейвуд, А. Голдсмит, какие считали, что в коррумпированной политической системе действуют законы развития экономики. А. Голдсмит даже попробовал вписать явление коррупции в разные системы государств с переходной экономикой. После оценивания значений индекса восприятия коррупции Transparency International А. Голдсмит пришел к заключению, что экономическая либерализация, политическая демократизация и административная централизация системы ассоциируются с низшим уровнем политической коррупции.

В 1990-х годах, когда исчезла биполярность мира и закончилась "холодная война", развитие международной торговли и предпринимательских лобби, глобальное распространение информации способствовали переходу от исследований политической коррупции, поисков понимания и влияний на явление коррупции к разрабатыванию антикоррупционных стратегий и борьбе с коррупцией.


Автор: saturn13 (Олег)


Новости

Документы

Статьи