Определение ВС РФ от 31.01.2022 № 33-001-33


Председательствующий ..Николенко O.B.

Д е л о № 33-001-33

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по уголовным Российской Федерации в составе:

делам Верховного Суда председательствующего - Лутова В.Н.

судей- Сергеева A.A. и Грицких И.И.

рассмотрела в судебном заседании от 11 июля 2001 года дело по кассационному протесту государственного обвинителя Волкова A.B. на приговор Ленинградского областного суда от 20 марта 2001 года, которым К Л Е Н О В Сергей Анатольевич, 18 июля 1969 года рождения, уроженец пос.Кузнечное Приозерского района Ленинградской области, русский, с высшим образованием, женатый, несудимый, по ст. 105 ч.2 п.п. «а», «д», «ж», «и» УК РФ и Г Е О Р Г И Е В Андрей Александрович, 27 марта 1978 года рождения, уроженец г.Приозерска Ленинградской области, русский, с неполным средним образованием, женатый, несудимый, по ст. 105 ч.2 п.п. «д,ж» УК РФ, оправданы «за недоказанностью их участия в содеянном».

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., прокурора Шинелеву Т.Н., поддержавшую протест, судебная коллегия УСТАНОВИЛА :

Кленов и Георгиев органами предварительного следствия обвинялись в том, что они 18 июля 1997 года около 3 часов ночи в состоянии алкогольного опьянения находились в квартире № 7 дома № 3 по улице Садовой поселка Кузнечное Приозерского района Ленинградской области у ранее незнакомых им ЛуПановой H.H. и Леонова В.Д.

Кленов из хулиганских побуждений, противопоставляя себя окружающим, демонстрируя пренебрежительное к ним отношение, беспричинно, имея единое преступное намерение на убийство двух лиц, нанес не менее двух ударов кулаком по лицу Леонова, сдавил предплечьем празой руки его шею, не менее одного раза ударил кулаком в его горло.

После чего достал с серванта шило и нанес не менее 4 ударов у грудь Леонова, а также несколько ударов кулаками и ногами по лицу и различным частям тела Лупановой, которая пыталась оттащить его от Леонова. Затем пошел на кухню, взял столовый нож и с целью вовлечения Георгиева, находящегося в комнате, к совершению преступления, передал ему этот нож и, действуя в группе с Георгиевым во исполнение своего преступного умысла на убийство, оказывая психологическое воздействие, угрожая насилием в отношении него, заставил Георгиева нанести ножом удары по телу Леонова.

Георгиев под угрозой насилия в отношении себя со стороны Кленова, опасаясь за свою жизнь и будучи вовлеченным Кленовым в группу лиц для совершения преступления, во исполнение умысла Кленова на совершение убийства Леонова, действуя с особой жестокостью в присутствии близкого для Леонова человека - Лупановой, осознавая, что причиняет ей особые мучения и страдания, взял в руки столовый нож, который ему передал Кленов, и умышленно с целью убийства нанес им не менее 3-х ударов по телу Леонова, затем бросил нож на пол и убежал в ванную комнату.

Кленов подобрал нож и, осуществляя свой умысел на убийство, действуя с особой жестокостью, в присутствии близкого для Леонова человека - Лупановой, осознавая, что причиняет ей особые страдания и мучения, нанес Леонову не менее 10 ударов ножом в различные части тела.

Как указано в обвинении, Кленов и Георгиев своими совместными действиями причинили Леонову тупую травму шеи с разрывом правого большого рога подъязычной кости и полным переломом левой пластины щитовидного хряща при наличии кровоподтека и двух ссадин на его фоне в проекции гортани, кровоподтек верхней губы с наличием двух ушибленных ран ее слизистой оболочки, проникающую колото-резаную рану задней боковой поверхности правой половину грудной клетки с повреждением мягких тканей груди и нижнего края нижней доли правого легкого, п р о н и к а ю щ у ю колото-резаную рану задней поверхности левой половину грудной клетки с повреждением мягких тканей спины, нижнего края 11 ребра, межреберных мыщц, реберной плевры, заднего нижнего края нижней доли левого легкого, левого купола диафрагмы, забрюшинной и околопочечной клетчатки, верхнего полюса левой почки, рану области внутренней поверхности средней трети правого плеча, рану передней поверхности области левого плечевого сустава, три раны задней поверхности левого плечевого сустава, левого надплечья и левой половины основания шеи и другие изложенные обвинением телесные повреждения, от которых потерпевший вследствие комбинированной травмы, выразившейся отраженными повреждениями в их совокупности, скончался на месте происшествия.

После чего, исполняя свой умысел на убийство двух лиц, Кленов нанес тем же ножом Лупановой удар в левую часть груди, причинив ей множественные ушибленные раны и кровоподтеки слизистых оболочек губ, проникающее в плевральную полость колото-резаную рану спереди с повреждением мягких тканей туловища, околосердечной сумки и сердца и сквозную рану левого предплечья с повреждением мягких тканей, повлекшие смерть Лупановой на месте происшествия.

После этого скрылись с места совершения преступления.

Через некоторое время, около одного часа, вернувшись в эту же квартиру, как утверждается в обвинении, Кленов с целью сокрытия следов своего пребывания там, глумясь над трупом, нанес по телу Лупановой еще не менее пятнадцати ударов ножом по голове, шее и другим частям тела, причинив ей посмертные повреждения.

Проверив собранные органами предварительного расследования доказательства по делу, дав им подробный анализ и оценку, суд пришел к выводу о недоказанности вины Кленова и Георгиева в предъявленном им обвинении, в связи с чем в отношении них постановил оправдательный приговор.

В кассационном протесте ставится вопрос об отмене приговора, о направлении дела на новое рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства в ином составе судей.

В протесте указано, что государственный обвинитель по делу в судебном заседании «полагал, что из обвинения Кленова подлежат исключению два квалифицирующих признака - группа лиц и особая жестокость, а также должен быть уменьшен объем причиненных Лупановой телесных повреждений». «С позиции государственного обвинения представлялась доказанной вина Кленова в умышленном убийстве Леонова и Лупановой из хулиганских побуждений. Обвинение предложило квалифицировать действия Георгиева по ст. 111 ч.1 УК РФ, как причинение тяжкого вреда здоровью путем нанесения 2-х ножевых ранений Леонову в область правого плеча и левого плечевого сустава.

Государственное обвинение посчитало, что все возможности для собирания дополнительных доказательств исчерпаны, дело относится к категории оценочных и требует только надлежащих анализа и оценки уже сформированной доказательственной базы».

По мнению автора протеста, суд, оценивая показания подсудимых и свидетелей, сделал это односторонне, без учета совокупности доказательств. В то же время в протесте отмечается, что суд в приговоре провел подробный анализ показаний подсудимых, которые «видоизменялись и трансформировались на протяжении предварительного и судебного следствий».

С точки зрения государственного обвинителя, суд не придал должного значения моменту формирования у Кленова хулиганского мотива на совершение убийства.

Хулиганский умысел в виде неконкретно направленных злобы, ненависти и агрессии созрел у Кленова в квартире Янковской. Отмечается, что, покинув квартиру Янковской, Кленов на пути своего движения встретил Георгиева, как указал суд, не предпринял в отношении него никаких насильственных действий, а значит не имел никакого агрессивного заряда.

В протесте утверждается, что эта позиция суда носит предположительный характер, не подкрепляется какими-либо обоснованиями по линии судебной психологии, изучающей закономерности преступного поведения граждан. С позиции обвинителя оценка действий Кленова, «успешно сыгравшего в суде роль случайного очевидца преступления, должна производиться с наличием предшествовавшего убийству агрессивного поведения, поведения, более присущих преступнику, чем случайному очевидцу - не пресекает действия Георгиева при своем физическом превосходстве, не принимает мер к вызову скорой помощи, хотя имеет такую возможность и понимает, что потерпевшие живы и их можно спасать, не сообщает незамедлительно о случившемся в органы милиции», с учетом активной руководящей роли Кленова, свидетельствующей о его лидерстве в группе. Обвинение считает, что показания Кленова о механизме причинения потерпевшим телесных повреждений более точно вписываются в объективную картину судебно-медицинских исследованной, поскольку, как полагает прокурор, именно он совершил эти убийства, однако приписывает свои действия другому лицу- Георгиеву.

В - протесте излагается, что в пьяной компании из пяти человек перемещение одного из столовых приборов - ножа из комнаты в кухню кем-либо из участников выпивки может остаться незамеченным, значит, Георгиев мог говорить о том, что Кленов принес из кухни нож и передал ему, правду. Кленов наносил Леонову удары кулаком по лицу, разбил нос до кровотечения, при последующих ударах вполне мог испачкаться в крови, а затем эта кровь с ладони Кленова перешла на рукоятку травмы, выразившейся отраженными повреждениями в их совокупности, скончался на месте происшествия.

После чего, исполняя свой умысел на убийство двух лиц, Кленов нанес тем же ножом Лупановой удар в левую часть груди, причинив ей множественные ушибленные раны и кровоподтеки слизистых оболочек губ, проникающее в плевральную полость колото-резаную рану спереди с повреждением мягких тканей туловища, околосердечной сумки и сердца и сквозную рану левого предплечья с повреждением мягких тканей, повлекшие смерть Лупановой на месте происшествия.

После этого скрылись с места совершения преступления.

Через некоторое время, около одного часа, вернувшись в эту же квартиру, как утверждается в обвинении, Кленов с целью сокрытия следов своего пребывания там, глумясь над трупом, нанес по телу Лупановой еще не менее пятнадцати ударов ножом по голове, шее и другим частям тела, причинив ей посмертные повреждения.

Проверив собранные органами предварительного расследования доказательства по делу, дав им подробный анализ и оценку, суд пришел к выводу о недоказанности вины Кленова и Георгиева в предъявленном им обвинении, в связи с чем в отношении них постановил оправдательный приговор.

В кассационном протесте ставится вопрос об отмене приговора, о направлении дела на новое рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства в ином составе судей.

В протесте указано, что государственный обвинитель по делу в судебном заседании «полагал, что из обвинения Кленова подлежат исключению два квалифицирующих признака - группа лиц и особая жестокость, а также должен быть уменьшен объем причиненных Лупановой телесных повреждений». «С позиции государственного обвинения представлялась доказанной вина Кленова в умышленном убийстве Леонова и Лупановой из хулиганских побуждений. Обвинение предложило квалифицировать действия Георгиева по ст. 111 ч.1 УК РФ, как причинение тяжкого вреда здоровью путем нанесения 2-х ножевых ранений Леонову в область правого плеча и левого плечевого сустава.

Государственное обвинение посчитало, что все возможности для собирания дополнительных доказательств исчерпаны, дело относится к категории оценочных и требует только надлежащих анализа и оценки уже сформированной доказательственной базы».

По мнению автора протеста, суд, оценивая показания подсудимых и свидетелей, сделал это односторонне, без учета совокупности доказательств. В то же время в протесте отмечается, что суд в приговоре провел подробный анализ показаний подсудимых, которые «видоизменялись и трансформировались на протяжении предварительного и судебного следствий».

С точки зрения государственного обвинителя, суд не придал должного значения моменту формирования у Кленова хулиганского мотива на совершение убийства.

Хулиганский умысел в виде неконкретно направленных злобы, ненависти и агрессии созрел у Кленова в квартире Янковской. Отмечается, что, покинув квартиру Янковской, Кленов на пути своего движения встретил Георгиева, как указал суд, не предпринял в отношении него никаких насильственных действий, а значит не имел никакого агрессивного заряда.

В протесте утверждается, что эта позиция суда носит предположительный характер, не подкрепляется какими-либо обоснованиями по линии судебной психологии, изучающей закономерности преступного поведения граждан. С позиции обвинителя оценка действий Кленова, «успешно сыгравшего в суде роль случайного очевидца преступления, должна производиться с наличием предшествовавшего убийству агрессивного поведения, поведения, более присущих преступнику, чем случайному очевидцу - не пресекает действия Георгиева при своем физическом превосходстве, не принимает мер к вызову скорой помощи, хотя имеет такую возможность и понимает, что потерпевшие живы и их можно спасать, не сообщает незамедлительно о случившемся в органы милиции», с учетом активной руководящей роли Кленова, свидетельствующей о его лидерстве в группе. Обвинение считает, что показания Кленова о механизме причинения потерпевшим телесных повреждений более точно вписываются в объективную картину судебно-медицинских исследованной, поскольку, как полагает прокурор, именно он совершил эти убийства, однако приписывает свои действия другому лицу- Георгиеву.

В - протесте излагается, что в пьяной компании из пяти человек перемещение одного из столовых приборов - ножа из комнаты в кухню кем-либо из участников выпивки может остаться незамеченным, значит, Георгиев мог говорить о том, что Кленов принес из кухни нож и передал ему, правду. Кленов наносил Леонову удары кулаком по лицу, разбил нос до кровотечения, при последующих ударах вполне мог испачкаться в крови, а затем эта кровь с ладони Кленова перешла на рукоятку принесенного им ножа. В этом случае Георгиев говорил правду. Чтобы увидеть на серванте шило, достаточно иметь хорошее зрение. Можно сделать вывод, что Георгиев и тут был искренен.

В протесте утверждается, что Кленов принял решение «переложить» свою вину в убийстве Леонова и Лупановой на Георгиева, поэтому сообщил следствию о шиле, создавая видимость своей объективности и подтверждение своих показаний.

В протесте сделан вывод , что приговор является необоснованным.

В возражениях на протест Георгиев и адвокат Кузнецов А.Г. находят приговор правильным, поскольку он соответствует фактическим обстоятельствам по делу. Кленов и адвокат Сандальнев В.Ю. просят приговор оставить без изменения, а протест - без удовлетворения, так как доводы в нем - тенденциозны, необъективны, о чем говорит тот факт, что все они касаются лишь вопросов относительно Кленова, хотя оправдан не только он, но и Георгиев, которого обвинение просило признать виновным пост.111 ч.1 УК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив изложенные в протеста доводы, судебная коллегия для его удовлетворения оснований не находит.

Допрошенный в судебном заседании в качестве подсудимого Кленов пояснил, что вечером 17 июля 1997 года, примерно в 22-23 часа, после ухода от Янковской, он и Крук сидели на скамейки у дома № 3 по улице Садовой пос.Кузнечное. Подошел Георгиев, который предложил им пойти с ним на квартиру и выпить спиртное. Они согласились. Пришли в квартиру, в комнате которой на диване лежали ранее незнакомые ему Леонов и Лупанова, спали. В квартиру Георгиев зашел первым, потом - он (Кленов), затем - Крук. Втроем они сели за стол, стали употреблять спиртные напитки, принесенные Георгиевым. Последний был возбужден, громко говорил, отчего проснулся Леонов, который в грубой форме предложил Георгиеву покинуть квартиру . Между ними (Георгиевым и Леоновым) возникла «перепалка», в ходе которой, как он (Кленов) понял, Георгиев обвинил Леонова в краже 120 тыс.рублей, а тот это отрицал, просил его из квартиры уйти. Георгиев подскочил к Леонову и ударил его кулаком куда-то в лицо, в область подбородка. Леонов упал спиной на диван. Георгиев схватил со стола нож и нанес им Леонову 2-3- удара в верхнюю часть груди. В тот момент проснулась Лупанова, хотела встать.

Стоя у изголовья, Георгиев нанес Лупановой 3-4 удара ножом в область груди, в верхнюю часть туловища. Нож бросил на пол. Леонов «барахтался» на диване, пытаясь встать. Георгиев вновь подскочил к нему (Леонову) и шилом несколько раз ударил его в тело. Леонов сполз с дивана на колени, оперся о пол руками. Георгиев нанес Леонову удар ногой.

Подобрал с пола нож и несколько десятков раз ударил им Лупанову, а затем наносил удары Леонову по телу. Потом Георгиев по его просьбе затер на полу кровь рубашкой, висевшей на спинке стула, после чего пошел в ванную комнату мыть руки, а он (Кленов) и Крук вышли из комнаты в прихожую, ожидали его. По выходу из ванной Георгиева они втроем из квартиры ушли. Он и Крук пошли к последнему домой. Узнав о происшедшем, что Крук находился в квартире потерпевших, Петрова попросила его (Кленова) сходить снова туда, стереть следы, отпечатки пальцев, для этого дала полотенце. Он отказывался, не хотел идти один.

Тогда Петрова разбудила свою дочь Катю, с которой он пошел к дому, где проживали Леонов и Лупанова. Идти в квартиру Катя отказалась, он зашел туда один, протер полотенцем посуду на столе, дверные ручки.

После этого с Катей вернулись на квартиру Крука, где он остался ночевать. На предварительном следствии Кленов также отрицал свою причастность к преступлениям в отношении Леонова и Лупановой, указывал, что в отношении потерпевших насилие применял Георгиев, давал отраженные в приговоре показания.

Георгиев в судебном заседании будучи допрошенным в качестве подсудимого пояснил, что 17 июля 1997 года он получил зарплату, пошел в поселок. К нему подошли Леонов и Лупанова. Они купили спиртное, пришли к последним, где распивали спиртные напитки. Потом он пошел к соседу, у которого взял еще бутылку спиртного. Возвращаясь на квартиру потерпевших, видел сидящих Кленова и Крука, поздоровался с ними и пошел к Леонову. Там он и потерпевшие продолжили распитие спиртного, выпили по стопке. В комнату зашли Кленов и Крук. В то время Леонов сидел на диване, Лупанова стояла у окна. Кленов разговаривал с Леоновым, а потом началась драка. Кленов ударил кулаком Леонова в лицо и шею. От первого удара Леонов ударился головой о стену, посыпалась штукатурка, увидел вмятину на стене. Потом Кленов взял с серванта шило и нанес им Леонову удары в область груди. Лупанова попыталась разнять их, но Кленов нанес Лупановой удар, сбил ее с ног, топнул ногой по голове, ударил ее по голове. После этого Кленов пошел на кухню, вернулся, подошел к нему (Георгиеву), протянул нож и сказал :

«Ты много видел, если не ударишь, что будешь третьим». Он испугался, взял нож и нанес Леонову 2-3- удара в область груди. Бросил нож и побежал мыть руки, так как они были испачканы кровью. После ударов Кленова шилом видел на теле Леонова кровь, а само шило погнулось.

Выходя из ванной комнаты в коридор, увидел стоящего за спинкой дивана с ножом в руке Кленова. Что делал ножом Кленов, не видел. Кленов сказал, чтобы он (Георгиев) сидел с Круком. Лупанова лежала на диване, у нее были хрипы. Леонов находился на полу у дивана, которого Кленов «забросил» на диван. Кленов сказал ему (Георгиеву) вытереть кровь, что он и сделал рубашкой Леонова. После этого он, Кленов и Крук вышли на улицу. По просьбе Кленова отвел Крука домой, так как последний был сильно пьян.

Указал в суде, что с Леоновым он (Георгиев) стал распивать в тот день спиртные напитки примерно в 19 часов, при нахождении его в квартире Леонова туда заходили Абросимова и ее сожитель. После выпитого он захотел спать, ложился на пол. Когда спал, Леонов взял у него деньги, но потом он их ему вернул. Все эти обстоятельства имели место еще до прихода в квартиру Кленова, который появился в ней примерно в 23 или 24 часа. До прихода Кленова Леонов снял рубашку. Когда пришли Кленов и Крук, Леонов сидел на диване без рубашки. При нанесении ему (Леонову) ударов рубашки на нем не было.

В обоснование вины Кленова и Георгиева в совершении ими указанных в обвинении действий органами следствия приведены показания Георгиева, данные протоколов осмотра места происшествия, заключения судебно-медицинских, судебно-биологической экспертиз, показания свидетелей Крука, Петровой Е.А., Пономаревой Е.С., Янковской Т.Н., Салова С.Н., Кольцова H.H., Абросимовой Е.В., Полякова С В . , Лебедева В.Ю., Каверкиной Н.В.

Показания Кленова органами следствия признаны противоречивыми, направленными на то, чтобы переложить свою ответственность за содеянное на Георгиева.

Однако анализ показаний Кленова в ходе предварительного следствия, исследованных в судебном заседании, позволило суду сделать обоснованный вывод о том, что он по обстоятельствам появления своего в квартире Леонова, действий Георгиева по отношению к потерпевшим, за исключением пояснений относительно использования Георгиевым шила для нанесения телесных повреждений Лупановой, давал последовательные объяснения, что усматривается из протоколов его допроса на следствии и приведенных его показаний органами следствия в обвинительном заключении, а также судом в приговоре.

В основу обвинения Кленова и Георгиева, считая их достоверными, последовательными, органы следствия положили показания Георгиева и Крука.

Между тем, на предварительном следствии Георгиев показывал в явке с повинной ( л.д.42 т. 1), что он выпивал вместе с Леоновым, пришли Сергей, брат Вовки Круга, начали издеваться над Леоном и его сожительницей, потом кололи шилом и ножом. Он тоже нанес несколько ножевых ран Леонову, точнее 3 раны. Видел, как Сергей ударил женщину в область шеи ножом. С квартиры они ушли вместе , он пошел к себе домой, а Сергей и Круг - к последнему домой. При допросе в качестве подозреваемого Георгиев пояснял ( л.д.45-48 т.1), что примерно с 19 часов он с Леоновым стали пить у последнего в квартире, сидели около 3-4 часов, он «вырубился», уснул на полу. Проснувшись, обнаружил пропажу из кармана 100 тыс. рублей. Леонов признал, что эти деньги взял он и вернул ему. Пришла Лупанова, которая находилась в состоянии опьянения.

Леонов и Лупанова стали скандалить между собой. Минут через пять пришли Крук Вова с мужчиной по имени Сергей. Сергей без разговора ударил правой рукой сидящего Леонова. У того из носа пошла кровь.

Сергей стал душить Леонова за шею, обхватив его шею предплечьем руки, зажав локтем, потом- ногой за шею, ударил лежащего на кровати Леонова в кадык кулаком. Встал Крук и ударил кулаком в лицо Леонова. Лупанова стала их разнимать. Ее кулаком в лицо ударил Сергей, отчего та упала, а Сергей стал бить ее ногами по голове и туловищу. Затем он пошел на кухню, вернулся оттуда, дал ему (Георгиеву) кухонный нож. Он отказывался брать его, но потом взял, так как Сергей стал ему угрожать убийством. После этого Сергей взял с серванта сверху шило, подошел к Леонову и ударил его шилом в область живота раза 4 или больше. Шило согнулось, Сергей бросил его на кровать. Сказал ему (Георгиеву): «Иди, чуть-чуть побалуйся». Понимая, что они (Кленов и Крук) угрожают убийством, он (Георгиев) три раза ударил Леонова в живот ножом, в связи с чем выпачкал руку в кровь и пошел мыть ее в ванную комнату. По выходу из нее видел, что Сергей бил ножом Лупанову, был последний удар в область плеча. Он хотел убежать, но Сергей затолкал его в комнату, На полу у кровати лежала джинсовая куртка Леонова. Сергей сказал ему вытереть с пола кровь, что он и сделал этой курткой. После этого они из квартиры ушли. Указывал ( л.д.78-79 т.1), что Сергей ударил Леонова левой рукой, кулаком в лицо, после чего, зажав шею Леонова локтем, стал душить. Сергей нанес несколько ударов руками и ногами упавшей Лупановой. После этого та села на диван. Вернувшись с кухни, Сергей принес нож, дал его ему (Георгиеву) со словами: «Будешь с нами». Он отказывался, но потом взял нож, подошел к стоявшему Леонову и ударил его ножом в левую среднюю часть туловища, нанес около 2-3 ударов, бросил нож на пол, хотел уйти, но Сергей его догнал и вернул в комнату, говоря: «Ты можешь быть третьим». При возвращении из ванной он (Георгиев) видел, что Сергей стоял у кровати, в левой руке держал нож.

Крук и Сергей забросили еще живого Леонова на кровать, положили рядом с Лупановой. После этого все они втроем пошли домой к Круку. В качестве обвиняемого ( л.д. 101-102 т.1) Георгиев показывал, что он нанес Леонову несколько ударов ножом, когда тот стоял к нему лицом, ударил его вперед, но в какую область, не помнит, так как был напуган угрозами Кленова и Крука. Он (Георгиев) просто, как бы, изобразил удары. Видел, что Кленов бил Леонова шилом, которое взял с серванта, но не видел, погружалось ли оно в тело Леонова, видел только взмахи руки Кленова, ударов было примерно около шести. После этого Кленов ходил на кухню и принес нож. Крук ударил Леонова, когда последнего душил Кленов, зажав шею в локтевом изгибе. Потом Крук ударил лежащую Лупанову. На очной ставке с Круком ( л.д. 112-114 т.1) Георгиев утверждал , что на протяжении всего того вечера он из квартиры Леонова не выходил. После того, как Кленов перестал душить Леонова, подошел к серванту, взял сверху шило и ударил им Леонова. В какую часть тела Кленов ударил шилом Леонова, не видел Лупанова попыталась оттащить Кленова от Леонова, но Кленов с разворота ударил ее в голову. Она упала. К ней подошел Крук и обутой ногой нанес ей удар в боковую часть лица сверху.

После этого Кленов принес из кухни нож и дал ему (Георгиеву). Он ударил ножом Леонова, но не очень сильно. Леонов был без рубашки, в брюках.

После этого он (Георгиев) пошел мыть руки. Указывал ( л.д.341 т.2), что Крук ударил Леонова после того, как последнего избил Кленов. Куда именно нанес удар Леонову Крук, точно не видел.Лупановой Крук нанес удар ногой в верхнюю часть туловища. На очной ставке с Кленовым (л.д.

160-166 т. 1) Георгиев пояснял, что Кленов после короткого разговора с Леоновым нанес последнему несколько ударов в лицо, потом рукой стал душить за шею, ударил кулаком в кадык. Он (Георгиев) хотел уйти, но Кленов его возвратил в квартиру. Он (Георгиев) сел на стул. Потом опять хотел уйти, но что-то сказал Крук. Кленов пришел с кухни с ножом, сел рядом с ним (Георгиевым) на корточки и сказал: «Ты все видел происходящее и будешь третьим». Эти слова он понял как угрозу. Кленов стал протягивать ему нож. Поняв, что если он не возьмет нож, тоТего зарежет, взял у Кленова нож. Леонов стоял посреди комнаты и он (Георгиев) нанес ему три удара ножом в живот. После этого пошел в ванную, а когда оттуда выходил, увидел, что Кленов держит в руке поднятый нож. Лупанова лежала на диване, а до этого она стояла у батареи, Леонов сидел на коленях у дивана. Кленов взял тряпку, вытер нож, а куда он его дел, не видел. Вытер стаканы, попросил его (Георгиева) вытереть на полу кровь джинсовой рубашкой, что он и сделал. Дополнил, что перед уходом на кухню Кленов взял с серванта шило и ударил им 3-4 раза Леонова в грудь. Шило согнулось. Кленов показывал это шило Круку.

Оценив показания Георгиева, которые он давал на следствии-и в судебном заседании, суд сделал правильный вывод о том, что он поразному излагал последовательность наносимых ударов ножом и шилом потерпевшим, изменял показания относительно нанесения Кленовым ударов руками, обстоятельств удушения Леонова, местонахождения потерпевших в момент посягательства на них, отказался от своих пояснений о том, что видел, как Кленов наносил удары ножом Лупановой, в суде полностью исключил какое-либо участие Крука в насилии в отношении потерпевших, впервые заявил о том, что в результате удара кулаком в лицо Леонов ударился головой о стену, отчего посыпалась штукатурка, он видел в стене вмятину, сообщая о своих действиях в отношении Леонова, указывал на различные части тела нанесения им ударов ножом. Утверждал, что в тот вечер, находясь в квартире потерпевших, никуда из нее не выходил, а в судебном заседании признал, что незадолго до прихода Кленова и Крука ходил за спиртными напитками, видел их сидящими у дома.

Объясняя свои противоречия, Георгиев пояснил, что изначально оговорил Крука, а также Кленова в части нанесения ударов ножом Лупановой.

Свидетель Крук В.А. показал в судебном заседании, что в тот вечер он и Кленов поднялись в квартиру Леонова, но обстоятельств этого не помнит. Георгиев в комнате сидел у стола, Лупанова лежала, а Леонов сидел на диване. Леонов был по пояс раздет, на нем были одеты только спортивные брюки. Он (Крук), Георгиев и Кленов стали употреблять спиртные напитки. После выпитого он «отключился». Потом, как помнит, Кленов ударил Леонова пару раз рукой. Подошел к серванту, взял шило и ударил им 2-3 раза в грудь Леонова. После этого он (Крук) снова «отключился». Затем его разбудили и сказали, что надо уходить. Домой его вели Кленов и Георгиев. Он (Крук) ударов потерпевшим не наносил.

На следующий день после тех событий он и Кленов зашли к последнему домой. Мать Кленова сказала, что Сергея разыскивали работники милиции. По его (Крука) предложению они пошли в милицию. По дороге он спрашивал Кленова, виновен ли он (Кленов). На это Кленов ответил, что нет, все сделал Георгиев.

На предварительном следствии Крук пояснял (л.д. 54-55 т. 1), что в тот день он и Кленов с другими лицами распивали спиртные напитки.

Потом поздно вечером он и Кленов сидели на лавке у дома. К ним подошел Андрей (Георгиев), которого он знал как жителя поселка, предложил выпить, они согласились. Когда пришли в квартиру, на кровати лежали Леонов и Лупанова, спали. На столе в комнате стояли бутылки с самогоном и спиртом. Сели, стали пить спиртное. Андрей сказал, что Леонов должен ему 100 или 120 тысяч рублей или своровал эти деньги у него. В процессе этого рассказа Андрей встал из-за стола, подошел к кровати и ударил ножом Леонова, а затем со словами, что свидетелей не оставляем, стал бить ножом Лупанову. Бил ли чем еще Георгиев потерпевших, не видел, был напуган происходящим, с кем и как уходил домой, не помнит, был пьян. Утром он и Кленов пошли к матери последнего. Та им сказал, что Кленова искали работники милиции. Он и Кленов направились в опорный пункт милиции. По дороге встретили участкового «Сашу» и еще какого-то работника милиции, которым он дал показания, но о чем, не помнит. В качестве обвиняемого Крук показывал (л.д. 110-111 т. 1), что в квартиру Леонова их позвал Андрей. Видел, что Кленов ударил Леонова, а как и чем, не видел. Затем в руках Андрея увидел нож, а бил ли тот потерпевших ножом, не видел, так как вышел на улицу.

На очной ставке с Георгиевым (л.д. 112-114 т. 1) Крук указывал, что вечером 17 июля 1997 года в квартиру ЛуПановой и Леонова его и Кленова пригласил Георгиев, настаивал на этом. В процессе распития спиртных напитков ими троими Кленов ударил локтем Леонову в нос, потому что тот взял какие-то деньги у Георгиева. После этого он (Крук) увидел у Андрея в руках нож, испугался и сразу ушел из квартиры. Того, что Кленов душил Леонова, не видел.

Затем Крук (л.д. 128-130 т. 1) стал утверждать, что ближе к обеду 18 июля 1997 года Кленов сказал ему, что будет для него (Крука) лучше «валить» происшедшее на Георгиева Андрея. Находясь под стражей обдумал и вспомнил, что они сидели возле дома и курили, затем поднялись к Леонову. Кто предложил к нему пойти, не помнит, может услышали из той квартиры разговор. Приглашал ли их Георгиев, не помнит, так как был выпивши. В квартире ранее ему знакомый Георгиев предложил выпить спиртного. Они сели за стол, стали выпивать. Он (Крук) был очень пьяный и терял контроль над собой. Видел, что Кленов подошел к Леонову, стал его будить, наносить ему удары. Куда и чем он его бил, не видел, понял это по звуку ударов. Он (Крук) приподнял голову и увидел, что Кленов взял с серванта шило и нанес несколько ударов им Леонову в область груди спереди. Ему (Круку) стало плохо, так как он боится крови, но слышал, что Кленов сказал Георгиеву нанести удары ножом Леонову. Сам он (Крук) не видел, чем Георгиев наносил удары Леонову, был испуган происходящим, пришел в себя после того, как его стали будить, чтобы уйти из квартиры.

Леонов стоял на коленях возле дивана, держался за шею, видел у него кровь на шее и груди. Лупанова лежала на кровати. Втроем они из квартиры ушли. Как добирался до дома, не помнит. Считал, что Георгиев убить потерпевших не мог.

Вывод суда о том, что показания Крука не могут быть признаны последовательными и объективными, является правильным.

Суд пришел к обоснованному выводу о наличии в показаниях Георгиева и Крука существенных противоречий, как в пояснениях каждого, так и между ними, их содержание вызывает сомнение в достоверности изложенных Георгиевым и Круком фактических данных о происшедших событиях.

Кленов и Георгиев давали как на предварительном следствии, так и в судебном заседании по фактическим обстоятельствам дела разные показания, в которых изобличали один другого. Однако ни того, ни другого версия своего подтверждения не нашла. При наличии имеющихся по делу доказательств какой-либо определенный вывод сделать не представляется возможным.

Приведенные в обвинительном заключении данные протоколов осмотра места происшествия, заключений судебно-медицинских, судебнобиологической экспертиз не свидетельствуют о вине именно Кленова в убийстве Леонова и Лупановой. Из этих доказательств усматриваются лишь факты убийства потерпевших, наличие у них телесных повреждений, возможные механизм их образования и орудия преступления, причина смерти Леонова и Лупановой.

Кленов, Георгиев, Крук поясняли, что на момент появления Кленова и Крука в квартире Леонова последний был без рубашки, обнаженным до пояса. Из показаний свидетеля Кольцова H.H. видно, что он помогал выносить трупы погибших из квартиры. Труп Лупановой находился на диване, а Леонова - на полу. Леонов был в брюках, а торс его - голый. В протоколе осмотра места происшествия отражено, что труп Леонова находился на полу в центре комнаты, на нем были только брюки, плавки и носки.

„ В то же время по заключению эксперта (л.д. 96-101 т. 2) одно из повреждений на рубашке, изъятой из квартиры потерпевших, по расположению полностью соответствует повреждению № 2 на трупе Леонова в области остистого отростка 11 грудного позвонка, второе повреждение несколько смещено к зади по отношению к ране № 1 в проекции 9 межреберья по задней подмышечной линии на трупе Леонова.

Георгиев и Крук показывали, что, находясь в квартире потерпевших, после происшедших в ней событий, связанных с потерпевшими, следов крови на Кленове они не видели. Свидетель Петрова пояснила, что вечером 17 июля 1997 года кленов был в белой футболке. В ней же он вернулся ночью, крови на Кленове и его одежде она не видела.

Согласно же протоколу осмотра места происшествия в комнате на полу, стене, предметах мебели было выявлено большое количество следов крови. По заключению судебно-медицинской экспертизы колото-резаные раны у Леонова и Лупановой сопровождались обильным наружным кровотечением, которое могло оставить следы крови на нападавшем (нападавших) (л.д. 39 т. 4).

Этой же комиссионной судебно-медицинской экспертизой установлено, что точечные колотые раны у Леонова носили поверхностный характер, могли не сопровождаться кровотечением.

Материалами дела установлено, что Георгиев мыл руки в квартире потерпевших, а Кленов этого не делал. Мать Георгиева стирала, заметив на ней пятно темного цвета, футболку Георгиева, в которой он находился в квартире Леонова. Георгиев пояснил в судебном заседании, что на утро после событий в квартире Леонова на работе он переоделся. Одежда, в которую о переоделся, осталась у Каверкина дома, так как он там помылся и Каверкин дал ему свою одежду.

Кленов обвинялся в том, что он с целью сокрытия следов своего пребывания в квартире Леонова, спустя час, вернулся туда ц, глумясь над трупом, нанес по телу Лупановой еще не менее пятнадцати ударов ножом по голове, шее и другим частям тела, причинив ей посмертные повреждения, однако этим утверждениям органы следствия доказательств не привели, не добыто таковых и в судебном заседании. Более того, по заключению судебно-медицинских экспертов эти «посмертные» повреждения могли быть причинены в атональном периоде (л.д. 27-80 т.

3); все колото-резаные раны головы, шеи, груди, живота у Лупановой являлись прижизненными, переживание травм пострадавшими было ограничено в пределах нескольких десятков минут - не более одного часа, смерть Лупановой и Леонова могла наступить в период 00 часов 30 минут до 1 часа 30 минут 18 июля 1997 года (л.д. 34-41 т. 4).

Свидетель Петрова Е.А. пояснила, что ночью 18 июля 1997 года к ней пришли Кленов и Георгиев. Сказали, что Крук сильно пьян, сидит у дома на скамейке. На ее просьбу Георгиев привел Крука. Последний был сильно пьян. Кленов стал говорить ей, что убили двоих. Она не поверила, хотела разбудить Крука, спросить об этом, но разбудить его не смогла.

Кленов рассказал, что они были в квартире Леонова, употребляли там спиртные напитки. Крук «отрубился». Георгиев наносил удары шилом Леонову в лоб и по телу, так как там произошли какие-то разборки с хозяином квартиры. Бил Георгиев и женщину по спине, после чего они оттуда ушли. Она разбудила Крука и на ее вопрос последний ответил, что убили Леонова и Лупанову. Объяснил, что в ту квартиру их позвал Георгиев, где они пили спиртное. Больше он ничего не сказал. Кленов говорил, что надо скрыться, просил Крука сходить в квартиру и стереть отпечатки. Она Крука не отпустила, но дала Кленову полотенце. Он ходил на квартиру с ее дочерью - Пономаревой. По возвращении сообщил, что потерпевшие мертвы.

Свидетель Пономарева Е.С. в судебном заседании показала, что ночью 18 июля 1997 года вместе с Кленовым ходила к дому № 3 по улице Садовой. Кленов поднимался в какую-то квартиру, а она ожидала его на улице. Находился он там минут 15. Подтвердила, что Кленов рассказал ей о том, что они были с Круком в той квартире. Между Георгиевым и хозяином квартиры возникла ссора, Георгиев стал бить мужчину ножом, а когда проснулась женщина, то он убил и ее.

Из показаний свидетеля Абросимовой Е.В. на следствии видно, что около 22 часов 17 июля 1997 года она была в квартире у Леонова, где с ним, Лупановой употребляла спиртные напитки. Сколько она там находилась, как оттуда ушла, сказать не могла, так как была пьяная. Утром около 7 часов 10-20 минут зашла к Лупановой. Последняя и Леонов лежали на диване. В чем они были одеты, как укрыты, не обратила внимание. Подумала, что они спят. Она их окликнула, но они не отозвались. На носу у Лупановой, на полу в комнате видела кровь. Решила, что Леонов и Лупанова подрались. В каком положении лежал Леонов, не помнила, крови не нем не видела. Посидев у них около 1,5 минуты, ушла (л.д. 94-95 т. 1). В дальнейшем в ходе следствия указала (л.д. 9-10 т. 3), что Леонов лежал на полу; под ним что было или нет, она не обратила внимание. Лупанова лежала на диване. Не предполагала, что они мертвые, хотя видела кровь на полу в комнате и на лицах потерпевших. Раньше давала показания о том, что они оба лежали на кровати, в связи с тем, что испугалась того, что не сообщила о случившемся в милицию. И в то же время тут же показывала, что не знала, что они убиты, не допускала этого, думала, что потерпевшие спят.

Из показаний свидетеля Лебедева В.Ю. следует, что он проживал в доме с Леоновым, Лупановой в одном подъезде. 17 июля 1997 года он лег спать в 22 часа 30 минут. Ничего подозрительного, шума не слышал.

Утром узнал об убийстве Леонова и Лупановой. Заходил к ним в комнату.

Труп Леонова находился на полу, Лупановой - на кровати.

Названные выше свидетели, а также Салов, Янковская, Кольцов и другие указанные органами следствия очевидцами убийства Леонова и Лупановой не были.

Сами по себе данные о личности, поведение Кленова в квартире Янковской при отсутствии достоверных доказательств не являются основанием для вывода о его виновности в совершении конкретного согласно предъявленного ему обвинения преступления.

Не соглашаться с выводом суда о том, что собранных доказательств недостаточно для признания Кленова и Георгиева виновными как в предъявленном им обвинении, так и с учетом позиции государственного обвинителя в суде, оснований не имеется.

Доказательства суд проверил и оценил с учетом всех обстоятельств по делу в их совокупности; Всем доказательствам при постановлении приговора дана верная юридическая оценка. Обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно.

В соответствии со ст. 309 УПК РСФСР обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.

Бесспорных доказательств виновности Кленова и Георгиева по настоящему делу не добыто.

В соответствии со ст. 49 Конституции РФ неустранимые сомнения, что имеет место по данному делу, в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Все возможности для собирания дополнительных доказательств вины Кленова и Георгиева по делу исчерпаны, что утверждается в самом протесте. Никто из участников процесса вопрос о направлении дела для дополнительного расследования не ставил. К тому же, данное дело уже дважды направлялось на новое расследование.

В судебном заседании государственный обвинитель просил исключить квалифицирующие признаки преступления из обвинения Кленова - его совершение с особой жестокостью и группой лиц, полагал необходимым действия Георгиева квалифицировать по ст. 111 ч. 1 УК РФ.

Однако Георгиеву предъявлено обвинение в том, что он «с целью убийства нанес ножом не менее 3 ударов по телу Леонова». В какие части тела он нанес удары, какие именно причинил потерпевшему телесные повреждения, какой степени тяжести, органами следствия не указано.

Государственный обвинитель просил признать Георгиева виновным в причинении потерпевшему две раны в областях левого и правого плеча.

Данных о том, что Георгиев причинил именно эти раны, что они причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни потерпевшего, по делу с объективностью не установлено. Кроме того, суд правильно указал в приговоре, что Георгиев о локализации и количестве нанесенных им телесных повреждений Леонову давал крайне противоречивые, взаимоисключающие показания, которые не могут быть положены в основу обвинительного приговора. Показания Крука о действиях Георгиева также противоречивы.

Пояснения Кленова выходят за пределы предъявленного обвинения, в этом случае ухудшают его процессуальное положение.

ему В связи с вышеизложенным, с учетом положений ст. 123 ч. 3 Конституции РФ, Постановления Конституционного Суда РФ от 20 апреля 1999 года «По делу о проверке конституционности положений п.п. 1 и 3 части первой статьи 232, части четвертой статьи 248 и части первой статьи 258 УПК РСФСР...» суд законно и обоснованно в отношении Кленова и Георгиева постановил оправдательный приговор за недоказанностью их участия в совершении преступления.

С доводами протеста о необоснованности приговора согласиться нельзя.

Приведенные в приговоре основания принятого судом решения в протесте не опровергнуты. Каких-либо убедительных оснований для отмены приговора и направления дела на новое судебное рассмотрение в протесте не приведено. Изложенные в протесте доводы являются субъективным мнением автора протеста. Ссылки в нем на момент формирования у Кленова мотива и умысла на убийство потерпевших носят предположительный характер. Доводы о том, что он в квартире Янковской замышлял убить ЛуПанову и Леонова, на материалах дела не основаны.

Рассуждения в протесте о том, что поведение Кленова более присуще преступнику, чем случайного очевидцу, о руководящей роли и лидерстве Кленова в группе, что перемещение ножа из комнаты на кухню одним из участников выпивки могло остаться незамеченным, что Кленов мог испачкаться в крови, которая могла перейти с его ладони на рукоятку ножа, что для обнаружения шила достаточно хорошего зрения, объективными данными не подтверждены, таковых по делу не установлено. Кассационный протест удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 332, 339 УПК РСФСР, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации- приговор Ленинградского областного суда от 20 марта 2001 года в отношении Кленова Сергея Анатольевича и Георгиева Андрея Александровича оставить без изменения, а кассационный протест - без удовлетворения.

Председательствующий - В.Н.Лутов Судьи: А.А.Сергеев и И.И.Грицких Верно: Судья И.И.Грицких Копии определения направлены:

1. Ленинградский о/с.

2. Прокуратура РФ.

Дело отправлено « » ноября 2001 г. в 4 т. Ленинградский о/с.

19.11.01ав.нп

3 Comments

John Doe

March 27, 2018 at 8:00 am Reply

Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing elit, sed do eiusmod tempor incididunt ut labore et dolore magna aliqua. Ut enim ad minim veniam, quis nostrud exercitation ullamco laboris nisi ut aliquip ex ea commodo consequat.

John Doe

March 27, 2018 at 8:00 am Reply

Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing elit, sed do eiusmod tempor incididunt ut labore et dolore magna aliqua. Ut enim ad minim veniam, quis nostrud exercitation ullamco laboris nisi ut aliquip ex ea commodo consequat.

John Doe

March 27, 2018 at 8:00 am Reply

Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing elit, sed do eiusmod tempor incididunt ut labore et dolore magna aliqua. Ut enim ad minim veniam, quis nostrud exercitation ullamco laboris nisi ut aliquip ex ea commodo consequat.

Leave a reply

your email address will not be published. required fields are marked *

Name *
Email *
Website